Պատվաստում. կողմ թե դեմ
Թեկուզ պատվաստումը կանխարգելման բոլորովին էլ հնական միջոց չէ. բայց այն շատ հիմնավորապես է մտել մեր կյանքի մեջ, ինձ շատ հարցեր են տալիս դրա նպատակահարմարության մասին: Ես որոշ հետազոտություն արել եմ, ինչի մասին գչել եմ գրքումս, մնացածն էլ կշարունակենք միասին:
Տեղադրում եմ գրքիս մեջ եղած նյութը, ապա կշարունակենք...
Наконец, прежде чем перейти к конкретному рассмотрению вопросов “нерациональной” фармакотерапии, постараемся развеять еще один миф, сложившийся в XX веке.
Все мы, дети XX века, если не со школы, то, во всяком случае с институтской скамьи, росли в убеждении, что вакцинация и антибиотики “избавили” человечество от эпидемий и пандемий различных инфекционных болезней: оспы, чумы, холеры, кори и т.д., уносящих миллионы человеческих жизней. Правда, потом, по мере становления врачами и взрослыми людьми, мы стали понимать, что вместо них появились “новые” эпидемии – сердечно – сосудистых заболеваний, диабета, онкологии – НИЗ (неинфекционных заболеваний), да и “инфекционных”, к тому же резистентных к новым мощным антибактериальным средствам, - это и новые гепатиты – C, D, E, F, и туберкулез, хламидии, гарднереллы, грибки, микоплазмы и др. Это явление называется “перекачкой смертности” – это другой разговор.
Но героика победы над эпидемиями XX века в нашем сознании сохраняется. А потому для меня было поразительным осознание реального факта, ставшего очевидным сквозь толщу времен. Ведь на самом деле, вакцины, антибиотики и антибактериальные средства массово стали применяться после Второй Мировой Войны – с 40-50-х годов XX века, а эпидемии холеры, туберкулеза, дизентирии, тифа, оспы, скарлатины..., вроде, были побеждены раньше, до того? Действительно, есть много достоверных фактов, говорящих о том, что снижение зоболеваемости и смертности от инфекций произошло в основном с конца примерно 70-80-ых годов XIX века до 20-30- ых годов XX века, т.е. задолго до массового применения вакцин и химических лекарств. Так, в Англии этот показатель составляет 92% !!! – и связывают это снижение заболеваемости и смертности как раз не с вакцинами и антибиотиками, а с улучшением санитарно – гигиенических и социальных условий жизни людей. Английский историк Б. Инглис пишет об этом так: “Основная заслуга в том, что опаснейшие эпидемии были побеждены, принадлежит общественным реформаторам, которые боролись за чистоту воды, улучшение канализации и повышение жизненного уровня людей. Именно их усилия, а не достижения ученых – медиков, привели к снижению смертности от инфекционных заболеваний ”.
Историческая правда заключается в том, что еще в 40 – ых годах XIX века комиссия по здравоохранению установила ужаснейшие санитарные условия в жизни в беднейшей части Лондона: недоброкачественная вода, плохая канализация и уборка мусора, тяжелейшие социальные условия – как основную причину эпидемий; и были предприняты самые действенные шаги по улучшению этой ситуации.
Распространение инфекций стало быстро останавливаться. По-видимому, процесс шел не только в Лондоне, а по всей Европе и развивающимся странам. Вот чему: мылу и воде, санитарии и гигиене, мы обязаны в победе над инфекциями.
Оказывается также, что как раз с 40-50-ых годов это снижение смертности от тех инфекций остановилось, а затем постепенно стала нарастать смертность от “сегодняшних” эпидемий, в частности от рака. В 80=ых годах “Medical journal of New England” писал: “Основной вывод, который мы делаем, - это то, что 35 лет напряженных усилий, направленных на улучшение лечения, следует считать напрасно потерянными... Мы проигрываем войну против рака”.
Сегодня можно добавить... и против ожирения, и против сердечно – сосудистых заболеваний, и против лекарственной болезни, и против болезни Альцгеймера, и против СПИД-а.
Кстати, против вакцинации есть много аргументов, и мы немного поговорим об этом ниже, но здесь приведем факт, подтверждающий вышесказанное. Больше всего вакцин и антибактериальных средств с 60-ых по 80-е годы применялось в странах Африки: Заире, Замбии, Танзании, Уганде, Руанде, и т.д. Оказывается, там “апробировались” многие вакцины, препараты, гормональные противозачаточные средства... – при этом эти страны оставались наименее развитыми в плане санитарно – гигиенических и социальных реформ. По мнению ВОЗ, именно это вызвало в этих странах вспышку СПИД-а – который можно назвать “пиком” иммунодефицита. И это вполне понятно: можно ли сохраниться иммунитету в таких условиях жизни и таком нападении химической медицины? А уж вирус какой – либо для таких “immunocompromised” организмов как – нибудь да найдется. Вот и “мстят” сегодня эти страны развитому миру, распространяя в них СПИД, гепатит С и другие заболевания. А если вернее, то человечество получает ответный удар за свои непродуманные действия.
Помню, как в разгар птичьего гриппа прошлой зимой простодушный руководитель птицеводческой фабрики рассказывал в прямом эфире о своей здоровой, полезной продукции – лучших местных яйцах и курах: дескать, они в течение 6 месяцев получают четко, по графику, 12 обязательных вакцин, а при заболеваниях их лечат самыми современными средствами (можете себе представить, чем!). Вот вам и доброкачественные яйца и куры... Соберите все вместе и введите в организм человека, который и сам получает массу вакцин с роддома (в 12-часовом возрасте сегодня в мире ребенку вводят первую вакцину от гепатита B, затем БЦЖ, АКДС...) и лекарств течение жизни, а затем поместите его в сегодняшнюю экологическую ситуацию и стресс современной жизни – и будет - No Comment.
Итак, давайте сделаем вывод. Как бы ни были велики открытия Пастера, Дженнера, Флеминга, - человечество не слишком разумно ими воспользовалось. И кривая общей заболеваемости и смертности от самых распространенных болезней за последние 15 лет выглядит примерно так: эпидемии инфекций (холеры, дизентeрии, дифтерии, коклюша, туберкулеза, чумы, оспы...) начали снижаться с 80-х годов XIX века до 20-30-ых годов XX века благодаря, вероятно, как мы приводили выше, санитарно – гигиеническим мероприятиям. Затем начали применяться массовая вакцинация и медикаментозное лечение: скарлатины с 30-40-ых годов, БЦЖ с 50-ых, против дифтерии с 40-ых, коклюша – 50-ых, кори – 70-ых годов, химиотерапия пневмонии (антибиотики, сульфаниламиды) с 50-ых годов и т.д. Вероятно, это были годы потрясающей, впечатляющей эффективности вакцин и лекарств: последствия еще не было очевидны, зато успехи пенициллина, стрептоцида и стрептолицина... были налицо. Экологические условия также до 70-80-ых годов были относительно благоприятны, социальные условия жизни улучшались, была относительная стабильность в мире и вполне переносимые уровни ежедневного стресса. Я думаю, эти 2-3 десятилетия были обманчиво удачными для медицины XX века: последствия, однако, накапливались быстро. И уже с 70-80-ых годов начался рост уже сегодняшних заболеваний на фоне из поколения в поколение падающей сопротивляемости организмов. Как пишет участник одного из форумов по здоровью: “Ваш дед был более здоров, чем Ваш отец, который более здоров, чем Вы. Вы, в свою очередь, более здоровы, чем ваши дети, а они – просто пышут здоровьем по сравнению с Вашими внуками”.
И это сегодня, конечно же, вполне объяснимо. Взяв на себя всю ответственность за здоровье человека, медицина XX века фактически попыталась заменить собой Природу: предупреждать, а вернее, прерывать болезни в детском возрасте, сбивать температуру, снимать боль – однако, делала это опрометчиво, неумно, скорее, немудро, не дожидаясь реакций собственно, организма, не позволяя разыграться естественным процессам. Разумеется, она всегда имела функцию скорой реакции и помощи больному человеку, но делала это примитивно и грубо. Если, например, мы поняли, что сахарный диабет связан с понижением выработки инсулина в организме (хотя постепенно становится очевидно, что это далеко и не всегда так), то, наверное, было бы мудро, поняв причины, работать в направлении их устранения, или подачи сырья и энергии инсулярному аппарату (что довольно легко получается при коррекции питания и применении натуральных средств), медицина же пошла по пути заместительной терапии и ввода в организм внешнего инсулина: свиного, бычьего,и наконец, человеческого, или стимуляции, подстегивания функции β-клеток с помощью сахароснижающих средств. Лекарственная зависимость, хронизация процессов, “обрастание” осложнениями очевидно.
Многие врачи тут скажут просто (но необдуманно) – но ведь спасались жизни (вернее, растягивалось существование), разве был иной выход? А мы скажем – а разве мы искали иной выход? Разве научная медицинская мысль ”рылась” в пятитысячелетней медицинской культуре народов? Разве мы не были “Иваны – не помнящие родства”, лишившие себя общечеловеческих корней, и зазнавшиеся, что мы, дескать, “сами с усами”, самое умное поколение людей, взявшее на себя все функции Природы?
И разве не поделом мы оказались у разбитого корыта: сидим и смотрим, как в каждой семье по 2-3 онкологических больных, как растут бесплодие и безысходность, как процветают внутри нас гельминты, грибки, вирусы, как иногда одна таблетка включает тяжелые аллергические процессы, даже лейкемоидные реакции или просто лейкозы?
Хотя вакцины и сегодня на первом месте по побочным реакциям, тему эту очень широко развивать здесь я не имею цели. Однако, все же несколько поразительных дополнений сделать надо, тем более, что мне вспомнилось, что я сама оказалось чудом спасенной от вакцинации.
А случилось это так: в 2-х летнем возрасте я заболела чем-то, что мать называла пневмонией, в связи с чем меня уложили в больницу. В те же дни от какой-то инфекции там скончался ребенок, и всем детям отделения была предписана обязательная вакцинация. Моя мать рассказывала, какое ею овладело интуитивное беспокойство, и она очень – очень попросила врача не вводить мне вакцины. Трудно представить храбрость и риск, на который шла эта образованная, по всем статьям своего времени, жещина: ведь опасность была велика. Но последствия были трагичны для всех двух или трехдесятков детей отделения: все они погибли в течение 2-3-х месяцев, все до единого.
Впоследствии это объясняли просроченностью вакцины, а может, это было связано с тем, что ее ввели больным на тот момент детям... Мама этого не знала, она только вспоминала, что встретила мать ребенка, лежащего в одной с нами палате, в трауре, и та рассказала ей, что погибли все дети, которым была проведена вакцинация. И это еще в 56-ом году...
Марк Твен говорил: “Бесконечность бывает двух типов: одна – космическая, другая – мера человеческой глупости”. Так давайте же просто и ясно, по – человечески, осознаем и признаемся, что благами науки XX века мы пользовались необдуманно и неправильно, получив значительно больше вреда, чем пользы.
Итак, мы с вами провели некий исторический экскурс, и сделали основные выводы по этой части:
1. “Большой победой” над большими инфекциями человечество, вероятно, больше обязано гигиеническим и социальным мероприятиям, чем вакцинации и лекарственной медицине XX века.
2. В исходном теоретическом базисе лекарственной медицины оказался пробел, который не позволил изначально предусмотреть возможные отрицательные, можно сказать, плачевные результаты, к которым могло привести в десятилетиях очень широкое, неразумное, массовое применение лекарственных препаратов.
3. Теория функциональных блоков, как универсальных единиц строения живых организмов, объясняет несостоятельность механизма ”ключ - замок”, который лежит в основе современной фармокотерапии. Она объясняет, также, почему не было и не может быть создано идеальное лекарство, идеальная “пуля”, направленная избирательно против мишени.
4. Вакцинация и лекарственная терапия XX века, наряду с неправильной концепцией питания, из поколения в поколение ослабили человеческий организм, понизили его иммунитет, и сегодня должны быть признаны главными “виновниками” тотальной заболеваемости человечества.
Մեջբերել
